24 июля 2017 г.

Ходил в загранплавание

День работников морского и речного флота отметили 2 июля. Железногорец Владимир Воронов считает, что никто не испытывал таких впечатлений, как моряки загранплавания. Тем более, что в 70-х, о которых он рассказывает, не каждый мог выехать за границу.


По европейским портам

После окончания мореходки Владимира Воронова, молодого пацана, которому только что исполнилось 18 лет, направил на теплоход «Горки Ленинские». Через три дня он должен был прибыть из-за границы в Калининград.

Мой самый первый рейс Калининград - Норчёпинг (Швеция). Вспоминаю первые волнительные минуты, когда на борт пришли таможенники и пограничники и нам дали добро на выход из порта. Через несколько часов я впервые увидел Балтийское море. Через двое суток по фьордам (узкие морские заливы) мы вошли в Норчёпинг. Было десять часов вечера, я стоял на вахте в машинном отделении, но мне не терпелось увидеть эту самую заграницу. Я попросил вахтенного механика разрешить выйти на три минуты на палубу. «Да, это не Советский Союз», - сказал я, увидев неоновые огни рекламы после наших серых мало освещенных городов. Хотя я был и есть патриот своей страны.
Город расположен недалеко от Стокгольма - столицы Швеции. Потом были города Лулео, Карлсхамн, Карлскруна, Хальмстад. И каждый порт - новые впечатления.
Советский теплоход Кишинёв. Из Дуная в Чёрное море он выходил по судоходному каналу длиной полтора километра. 


Особенно запомнился Кильский канал в ФРГ (западная Германия). Он сокращает путь из Балтийского моря в Северное. Когда входишь в канал, нужно пройти шлюзы, когда выходишь - тоже шлюзы. Это очень красиво и ответственно. Еще запомнился такой факт. Мы на теплоходе «Горки Ленинские» шли из Балтики в Северное море, а навстречу - «Ленинские горки». Символично и радостно было увидеть своих советских!

В ФРГ мы мы три раза были в порту Бремена. Если первый раз не знаешь, куда пойти, то потом чувствуешь себя как дома. Языкового барьера почти не было - вопросы задавали на языке жестов и с набором английских-немецких слов. Понимали друг друга с немцами, англичанами, французами. В Бремене подходили к памятнику Бременским музыкантам. Трогали Осла за передние ноги и копыта - на удачу и чтобы снова увидеть сказочную компанию.

В Бельгии заходили в Брюссель и Гент - эти порты находятся далеко от моря и к ним можно пройти только по судоходным каналам и только днем. Наше судно длиной 120 метром и водоизмещением четыре тысячи тонн на ночь пришвартовывали к берегу канала. Бывало, выйдешь под утро на палубу, видишь, как пастух гонит стадо коров...

Во Франции в порту Дюнкерк нам рассказывали, как в 1940 году немецкие войска разгромили бельгийскую и голландскую армии, разбили и обратили в бегство британскую и французскую.

В Голландии были в порту Роттердам - быстро загрузились, с теплохода не выходили. Замечу, что на берег мы выходили группами по три человека, нам запрещалось посещать бары, рестораны, кинозалы, мы не могли близко подходить к демонстрациям, манифестациям, забастовщикам. Особо инструктировали нас в английском порту Гримсби - тогда были сложные отношения между Советским Союзом и Великобританией.

В Англии я впервые увидел приливы и отливы, когда уровень моря меняется на несколько метров, впервые проехал на двухэтажном красном «бусе» - автобусе. Именно в Англии на судно пришла радиограмма, согласно которой по прибытию в Советский Союз я должен был явиться в отдел кадров. Так в 1973 году меня призвали в армию.

По Средиземноморью

В 1976 году, после увольнения в запас, начался второй этап моего загранплавания - в страны Средиземного моря. Были в турецком порту Мерсин, сирийском Тартусе, египетской Александрии, греческих Салониках, заходили в Аннабу (Алжир), Таранто (Италия), Брэила и Галац (Румыния).
Осень 1976-го пролив Босфор. Слева от него Европа, справа - Азия. Здесь Владимира Воронова окрестили забортной водой и подарили памятную открытку. 

В Таранто как всегда группой из трех человек отправились посмотреть город. Куда идти не знаем. Видим, трое парней - в руках по большому пакету, через плечо по сумке. «Наши», - думаем. Спрашиваем: «Хлопцы. Вы откуда?». В ответ: «Мы махновцы!». Понятно: ребята из Жданова (теперь Мариуполь). Они рассказали, что на автобусе нужно проехать пять остановок, пройти на вещевой рынок и к польским магазинам - цены там пониже, можно хорошо затариться. Сели, подаем кондуктору купюру в 10 тысяч лир (проезд стоил 100 лир), а у него сдачи нет. Одну остановку проехали бесплатно, вышли разменять валюту. По привычке стоим на задней площадке. Кондуктор жестом показывает пройти в центр салона. Мои товарищи прошли, а я остался. На остановке направился выходить через задние двери, а кондуктор показывает: нельзя, нужно в средние. На моем пути очень полная итальянка, пока ее огибал, автобус поехал. Мои в панике, а я запоминаю маршрут. Метров через 400 автобус остановился, я вылетел - и обратно помчался. На полпути встретился со своими, обнялись. Они говорят, думали, что на Запад сбежал (такие случаи были), хотя знали, что я не из таких.

На следующий день, заплатив транспортной компании 300 лир, добрались на прогулочном теплоходе до острова Лидо и пред нами во всей красе предстала Венеция. Переправились через Гранд канал и причалили среди качающихся на волнах гондолах недалеко от площади Сан-Марко (Святого Марка). Потом ходили по маленьким улочкам, большим площадям, мостам, заходили в магазины. Я накупил много сувениров, но главный храню до сих пор - уменьшенных размеров гондола, на которых гондольеры катают туристов, показывая город на воде.

Были в нашей жизни и трагические минуты. В конце ноября 1976 годы мы вышли в рейс Измаил-Тартус, через Чёрное море - в Босфор, прошли Мраморное море, пролив Дарданеллы, Эгейское море... И тут получили радиограмму, что потерпел крушение советский теплоход «Речица», просили помочь в поиске членов экипажа.
Средиземное море. В шторм вода захлестывала главную палубу. Пройти было нельзя - волна могла сбить с ног. 
Тогда греки и киприоты подобрали на одном плоту двух человек, на другом - шестнадцать. 12 членов экипажа навеки ушли в морскую пучину. Вечная им память! Мы брали в рейс две елочки для празднования Нового года, одну разобрали и сделали венок. Приспустили государственный флаг и на месте гибели «Речицы» опустили венок в Средиземное море...

Фото предоставлены Владимиром Вороновым.

Комментариев нет:

Отправить комментарий